Translation and Intertextuality in the Soviet-Russian Context: The Case of Georgy Shengeli's "Don Juan"

В России художественный перевод издавна считался неотъемлемой частью творчества писателя. В советское время, однако, эта традиция была усилена, главным образом, из-за политических и идеологических ограничений, наложенных на оригинальное творчество. В настоящей статье рассматриваются несколько последствий такой массовой переориентации авторов—ставшей чуть ли не отличительной чертой советской культуры—для исследования переводов этого периода и их теоретического осмысления. Превращенный в переводчика автор был вынужден мирить собственное творчество с воссозданием творчества другого. Поэтому исследователю необходимо подходить к переводам, сделанным в это время, так же, как к оригинальному творчеству, то есть, как к литературным произведениям в контексте советской культуры в целом. При таком подходе на передний план выходят связи между переводами и оригинальной литературой, или, другими словами, проблемы интертекстуальности. На основе разработки концепта интертекстуальности по отношениию к переводу, предложенной Лоренсом Венути (2009), в статье анализируется русский перевод байроновского Дон Жуана, сделанный Г.А. Шенгели в начале 1940-х годов и выпущенный ГИХЛом в 1947 году. Материалы из биографии и литературной деятельности Шенгели, в том числе и архивные, используются с целью продемонстрировать функционирование перевода (этого «уникального случая интертекстуальности») как средства для диалога и литературной полемики по отношению к культуре-реципиенту (target culture). Для Шенгели—поэта, стиховеда, переводчика—акт реконтекстуализации английского классика имел значение, выходящее за рамки воссоздания оригинальной интертекстуальности—значение, связанное именно с той функцией замены, которая была характерной чертой для многих переводов его эпохи.